ИВАН СУРИКОВ –180! (6.04.2021)

180 лет назад родился Иван Захарович Суриков (1841-1880) – сын крепостных родителей графа Шереметева, поэт-са-моучка, выдающийся представитель самобытной плеяды поэтов-самород-ков, выходцев из народных масс, полу-чивших развитие в России в порефор-менную эпоху.

Вот моя деревня:

Вот мой дом родной;

Вот качусь я в санках

По горе крутой...

Это первое, что вспоминается при имени Сурикова каждому русскому человеку. Эти строчки на всю жизнь врезаются в память, может быть, и потому, что вспоминается своё соб-ственное детство и вот это очень зна-комое ощущение, когда ты оказался с головой в сугробе, пытаешься из него выбраться, но чем больше усилий к это-му прилагаешь, тем глубже в снегу увязаешь...

Но у Сурикова есть ещё много чего очень знакомого и родного. В его сти-хах магия и волшебство, пробуждаю-щие в читателях добрые чувства и не-сущие свет:

Белый снег пушистый

В воздухе кружится

И на землю тихо

Падает, ложится.

И под утро снегом

Поле забелело,

Точно пеленою

Всё его одело.

  

Тёмный лес что шапкой

Принакрылся чудной

И заснул под нею

Крепко, непробудно...

  

Божьи дни коротки,

Солнце светит мало, —

Вот пришли морозцы —

И зима настала.

  

Труженик-крестьянин

Вытащил санишки,

Снеговые горы

Строят ребятишки.

Уж давно крестьянин

Ждал зимы и стужи,

И избу соломой

Он укрыл снаружи.

  

Чтобы в избу ветер

Не проник сквозь щели,

Не надули б снега

Вьюги и метели.

  

Он теперь покоен —

Всё кругом укрыто,

И ему не страшен

Злой мороз, сердитый.

(Зима. 1880)

Или такое, уж совсем близкое, народ-ное, песенное, что и не помнишь, что это, оказывается, тоже Суриков: «Что шумишь, качаясь, тонкая рябина...», «Степь да степь кругом...», «Эх, дуби-нушка, ухнем.. »... 

Одни его стихи стали хрестоматийны-ми, другие – популярными песнями. Очень много романсов на стихи И.З.Су-рикова написано Чайковским и Дарго-мыжским. Но кроме лирики наследие поэта включает пьесы, былины, публи-цистику.

Иван Суриков прожил мало, жизнь бы-ла очень трудной и в бытовом и в твор-ческом планах. Период творчества со-ставил около 20-ти лет. Поэт умер от туберкулёза, не дожив до сорокалет-него возраста.

ТУКАЕВСКАЯ ВЕСНА

Апрель у нас – месяц Тукая. В Татарста-не ежегодно отмечается 26 апреля – день рождения поэта. На площади Ту-кая у памятника поэту проходит празд-ник поэзии, на который съезжаются ка-занцы и гости из соседних городов и регионов. В этот же день каждый год объявляют новых лауреатов республи-канской Тукаевской премии – деятелей литературы и искусства. 

2021 год для Габдуллы Тукая юбилей-ный. Он – ровесник Н.Гумилёва, В.Хода-севича, на 5 лет старше Мандельштама, Эренбурга, М.Булгакова, Рюрика Ивне-ва... Вот только прожил в отличие от многих своих знаменитых современни-ков совсем мало, всего 27 лет. Может быть, поэтому мне кажется, что он из какой-то другой эпохи...

С приходом ТУКАЕВСКОЙ ВЕСНЫ нас!

Габдулла Тукай. Приход весны 

(Яз галәмәтләре («Язлар җитте…») )

Тает снег. 

Людям полдень весенний люб:

Можно сбросить тулуп — 

если есть тулуп;

Можно смело гулять, не имея шуб.

Ведь весна вступила в права теперь.

Отдых валенкам. 

Старым саням — покой,

Трр… телеги трясутся на мостовой.

За каретою — велосипед, другой…

Ездоков не один и не два теперь.

На деревья озябшие посмотри!

Вон у почек зелёных листки внутри.

Быть садам и лесам в янтаре зари.

Соловьёв станет ждать 

их листва теперь.

Из-под талых семи ледяных слоёв

Скоро выйдет лягушка. 

Меж тростников

Будет слышаться в глине, 

в трясине зов, —

Разнесётся повсюду «ква-ква» теперь.

И пойдёт лягушиной семьи возня,

Никому не понятная болтовня, —

Изучала, знать, логику вся родня…

Хитроумными стали слова теперь.

День весны! Лишь подумаю я о нём —

Обжигает мне душу печаль огнём,

Вспоминается прошлое — 

день за днём…

Ах, кружится моя голова теперь.

Льды горами по рекам плывут, плывут,

Птицы в небе высоком поют, поют.

Дай, творец, нам побольше 

таких минут,

Пусть земля наша будет жива теперь.

1906

(Перевод с татарского В. Звягинцевой)

5.04.2021

ЮРИЙ ГЕРМАН НА СЕВЕРЕ

Капитан Юрий Герман на Северном флоте (перве фото слева)

Всю войну Юрий Герман прослужил на севере. На Северном флоте он был в звании капитана административной службы и на Беломорской военной флотилии в качестве военкора ТАСС и Совинформбюро.

Из Архангельска писатель часто выле-тал в Мурманск и Кандалакшу, по не-сколько месяцев жил в Полярном, вы-езжал на ответственные участки фрон-та, посещал передовые позиции, ходил в походы на боевых кораблях Северно-го флота.

Он дружил с корреспондентами север-ных газет, писал очерки и статьи для ТАСС. И при этом находил время для рассказов и повестей. Военный опыт писателя нашёл отражение в его твор-честве. После командировки на Ка-рельский фронт зимой 1942-43 годов Герман написал повесть в дневниковой форме "Далеко на Севере". 

Пьеса "Конвой", поставленная на архан-гельской сцене, посвящена теме про-водки караванов. Прототипом героя пьесы стал друг Германа отважный и находчивый капитан транспортного су-дна Гогитидзе. Когда его корабль в со-ставе каравана шёл из США в Архан-гельск, немецкие самолёты обстреляли транспорт. Возник пожар. Но Гогитидзе не растерялся, открыл пулемётный огонь по вражеским самолётам и ото-гнал их.

В известной и популярной у читателей трилогии о докторе Владимире Усти-менко также отразился опыт писателя, полученный на Северном флоте в годы войны. Многие страницы романа "До-рогой мой человек" раскрывают геро-изм северных моряков, ходивших в конвоях.

Живя в Архангельске, Юрий Герман за-интересовался войной русских со шве-дами. Он работал с архивными матери-алами, прочитал много книг о Петре Первом на Севере, строительстве Ново-двинской крепости и верфей. Написал несколько очерков о зарождении рус-ского морского флота. В конце концов, вся эта работа вылилась в создание пьесы "У самого Белого моря" о корм-щике Иване Рябове и романа "Россия молодая" о ратных подвигах северных моряков в борьбе со шведами. Первые главы романа были опубликованы в 1945 году в газете "Правда Севера".

Юрий Герман прослужил на Севере че-тыре года. За заслуги в годы войны пи-сатель награждён орденом Красной Звезды. Он всегда с неизменным доб-рым чувством вспоминал об этом времени. "Север, – писал Ю.Герман, – обогатил меня как писателя".

"ДНЕВНИК" ЮРИЯ НАГИБИНА

Более 40 лет, с 1942 по 1986 год, Юрий Нагибин вёл дневник. Незадолго до смерти писатель сам отдал его в публи-кацию, объяснив это решение тем, что «совершенная искренность и беспощад-ность к себе этого полудневника-полу-мемуаров могут заинтересовать других людей, ибо помогают самопознанию».

Изначально Нагибин писал дневник только для себя. «Это разговор с собой, с глазу на глаз, – признавался писа-тель, – иногда попытка разобраться в собственной мучительной душевной жизни, иногда просто взрыд, и это бы-вает нужно». Поэтому его реальная не-выдуманная жизнь является самой за-хватывающей историей.

«Дневник» Юрия Нагибина – это не про-сто мемуары, но ценный исторический документ. В нём раскрывается непре-рывная череда культурных и общест-венно-политических событий ХХ века. Нагибин рассказывает о своих встре-чах с известными людьми: писателями, режиссёрами, политиками, музыканта-ми, композиторами.

После выхода в свет «Дневник» произ-вёл эффект разорвавшейся бомбы и вызвал бурные споры, многие его ге-рои были потрясены нелицеприятными характеристиками и неожиданными от-кровениями. 

Неподдельная честность Нагибина под-купает: обласканный советской эпохой, он, тем не менее, критикует её за тота-литаризм и жёсткую цензуру – умно, тонко и смело. Как говорил сам автор: обо всём – откровенно, о себе – беспо-щадно.

К 100-летнему юбилею писателя, в 2020 году «Дневник» был переиздан в изда-тельстве «ПРОЗАиК».

ЮРИЙ НАГИБИН

3 апреля родился Юрий Маркович Нагибин (1920-1994), талантливейший, по признанию коллег, писатель, журна-лист, сценарист.

Юрий Нагибин закончил школу с золо-той медалью, поступил на сценарный факультет во ВГИК, но не закончил его из-за начавшейся войны. В 1941-42 го-дах он служил на Волховском и Воро-нежском фронтах. После тяжёлой кон-тузии до 1945 года был спецкором в газете "Труд".

Нагибин работал в малых жанрах, пи-сал рассказы, повести, сценарии. В 23 года у него вышла первая книга расска-зов. Он очень ответственно относился к творчеству. Писал эпизоды, не судь-бы, выявлял главное в повседневном и незначительном. Очень любил средне-русскую природу, леса и болота Мещер-ского края. И в этом был близок к Паус-товскому. 

Посчитала, при жизни писателя издано более ста книг и сценариев. Содержа-ние его рассказов разнообразно. Он писал о войне, о природе, о любви. В своих рассказах показывал людей всех слоёв общества, самых разных занятий и возрастных групп. 

Много работал в кино. По сценариям Юрия Нагибина сняты фильмы "Ночной гость", "Трудное счастье", "Председа-тель", "Зимний дуб", "Чайковский", "Кра-сная палатка", "Дерсу Узала", "Поздняя встреча" ("Срочно требуются седые че-ловеческие волосы"), "Детство Бемби", "Гардемарины, вперёд" (в соавторстве с Н.Соратокиной и С.Дружининой), мно-гие другие.

Нагибин читал лекции по русской лите-ратуре в 25-ти университетах США. По-следние годы жил в Италии.

Переживал, что ему приходилось пи-сать не то, что он думает. Отдушина его был Дневник, оказавшийся лучшим и самым откровенным произведением Нагибина.

Верил в доброе в человеке. Был безу-пречен в вопросах совести, чести, дол-га.

"ЛИТЕРАТУРНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ"

В 1893 году Григорович закончил «Лите-ратурные воспоминания», над которы-ми работал на протяжении нескольких лет. В воспоминаниях изображена лите-ратурная жизнь 1840-1860-х годов. Ав-тор рассказал о виднейших писателях этого времени: Достоевском, Тургене-ве, Некрасове, Белинском, Гончарове, А.Н.Островском и других.

Опыт "натуральной школы" наложил на воспоминания Григоровича отпечаток, в них есть достоверность, внимание к деталям быта времени, тяготение к очерковому жанру. 

Приведу несколько отрывков из воспо-минаний:

«Сближение моё с Ф.М. Достоевским началось едва ли не с первого дня его поступления в училище. С тех пор про-шло более полустолетия, но хорошо по-мню, что изо всех товарищей юности я никого так скоро не полюбил и ни к ко-му так не привязывался, как к Достоев-скому. Казалось, он сначала отвечал мне тем же, несмотря на врождённую сдержанность характера и отсутствие юношеской экспансивности – откро-венности. Ему радостно было встре-тить во мне знакомого в кругу чужих лиц, не упускавших случая грубо, дерз-ко придираться к новичку. Ф.М. уже тогда выказывал черты необщительно-сти, сторонился, не принимал участия в играх, сидел, углубившись в книгу, и искал уединённого места; вскоре наш- лось такое место и надолго стало его любимым: глубокий угол четвёртой камеры с окном, смотревшим на Фон-танку; в рекреационное время его все-гда можно было там найти и всегда с книгой».

«У Тургенева было авторское самолю-бие, у кого ж его нет? Он, кажется, имел на него право, но никогда не доходило до того болезненного состояния, как это было, например, у Гончарова, Дос-тоевского и т.д. С ним свободно, без всякого стеснения, можно было выска-зывать мнение о его произведениях, не рискуя поселить в нём враждебного чувства. Самолюбие, надо думать, пита- ется другими корнями, чем самомне-ние, потому что с этой последней сторо-ны Тургенев представлял исключение между своими собратами. Редко его произведение печаталось прежде, чем он прочтёт его кому-нибудь из близких людей, не посоветуется; замечания возбуждали иногда спор, но принима-лись всегда без признака самолюби- вого укола; рукопись потом сверху до- низу перечитывалась, исправлялась и часто переписывалась заново».

"ГУТТАПЕРЧЕВЫЙ МАЛЬЧИК"

Повесть Д.В. Григоровича «Гуттаперче-вый мальчик» (1883) о несчастной су-дьбе маленького акробата вошла в классику русской детской литературы.

Историю о гибком мальчике-циркаче, эффектную в цирковой афише, Григоро-вич не случайно показал с изнанки, на-рисовав неприглядную картину тяжёло-го детского труда: трагическая гибель беспощадно эксплуатируемых детей была не редкостью в то время, и писа-тель, рассказывая о них, привлекал внимание общества к проблемам этих несчастных детей.

Повесть была написана Григоровичем уже в зрелом возрасте, после почти 20-летнего молчания. Ни читателей, ни критиков она не могла оставить равно-душными. «Маленький шедевр», – так определил книгу Д.В. Григоровича И.С. Тургенев.