Пушкин ушел...

Пушкин ушел...
Артлавочка у места дуэли
Показаны сообщения с ярлыком #АполлонМайков200 #КнижныйШкаф. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком #АполлонМайков200 #КнижныйШкаф. Показать все сообщения

пятница, 17 июня 2022 г.

ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ АПОЛЛОНА МАЙКОВА

А.Н.Майков в кругу семьи 

Дмитрий Мережковский писал: «Судьба сделала жизненный путь Майкова ров-ным и светлым. Ни борьбы, ни страс-тей, ни врагов, ни гонений. Путешест-вия, книги, стихи, семейные радости, мерцание не бурной, но долговечной славы».

По воспоминаниям современников Майков не был конфликтным челове-ком. В отношениях с людьми ему был присущ тонкий и благожелательный юмор, по характеру был добр и отзыв-чив. Охотно поддерживал молодых литераторов. 

«Если б меня спросили, чего я хочу для себя? – Осень Пушкина в Болдине 1830-го года – и ничего более».

Развивая пушкинскую гармонию, Май-ков достиг какого-то предела в совер-шенстве формы и в насыщенности поэ-зии духовными смыслами. Так звонко, смиренно и чисто русское слово уже с тех пор не звучало. 

Последние годы поэт проживал на даче у станции Сиверской под Петербургом. При местной церкви Майков был изб-ран председателем попечительского совета. И в этом качестве неустанно заботился о постройке новой школы, богадельни, церкви, тратил на это мно-го времени и собственных денег . 

У Василия Розанова в «Опавших листь-ях» есть любопытная запись: «Поэт Майков смиренно ездил в конке. Я спросил у Страхова – О, да! Конечно в конке. Он же беден. Был "тайный совет-ник", и большая должность в цензуре».

Поэт Аполлон Майков умер 20 марта 1897 года, простудившись во время прогулки. Его похоронили в Петербурге, на кладбище Новодевичьего монас-тыря. 
Настоящей судьбой поэта стал путь от римлян и греков к российской действи-тельности, к истории народов, поэзии Библии и вечным вопросам бытия.

***
Гони их прочь, твои мучительные думы!
Насильно подыми 
поникший долу взгляд!
Дай солнцу проглянуть 
в туман души угрюмый,
И разорвётся он, и клочья полетят,

Как привидения – а с ними мрак и горе,
И жизнь в глаза блеснёт, 
под золотым лучом,
Как вдруг открывшееся море
Во всём своём просторе голубом.
15 октября 1890

***
Улыбки и слезы!.. И дождик и солнце!
И как хороша! Как солнце 
Сквозь этих сверкающих капель 
Твоя, освежённая горем, душа!
Май 1889

***
О царство вечной юности
И вечной красоты!
В твореньях светлых гениев
Нам чувствуешься ты!

Сияющие мраморы,
Лизипп и Пракситель!..
С бессмертными мадоннами
Счастливый Рафаэль!..

Святая лира Пушкина,
Его кристальный стих,
Моцартовы мелодии,
Всё радостное в них –

Всё то – не откровенья ли
С надзвёздной высоты.
Из царства вечной юности
И вечной красоты?..
1883

понедельник, 13 июня 2022 г.

А.МАЙКОВ – ПЕРЕВОДЧИК «СЛОВА О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ»


Если в юности Аполлон Майков восхи- щался античностью, то в зрелом возра-сте он всё больше сосредотачивался на духовном прошлом России – славянс-ком фольклоре и древнерусской исто-рии. В 60-е годы поэт увлёкся русским народным творчеством, стал писать произведения на исторические темы и переводить песни славянских народов, изучал древние русские предания и былины.

В 1870 году Майков закончил свой 4-летний труд – поэтический перевод «Слова о полку Игореве». Работая над этим переводом, он проводил самосто-ятельные изыскания по «Слову...» и ис-тории Древней Руси, консультировался у специалистов по древнерусской исто-рии и филологов-лингвистов.

Среди многочисленных стихотворных и прозаических переложений «Слова о полку Игореве», выполненных в XIX ве-ке, труд Майкова выделяется литера-турными достоинствами и самостоя-тельностью прочтения некоторых зага-дочных мест литературного памятника.

Специалисты отмечают, что работа Аполлона Майкова была предельной высотой стихотворной поэтизации па-мятника. Позднейшие перелагатели хо-тя и следуют за учёными комментато-рами и стремятся, чтобы „переводы“ их отличались "буквальностью“, но ничего оригинального придумать не могут.

Приведу здесь отрывок из «Слова...» в переводе Аполлона Майкова. Для чтения выбрала «Плач Ярославны»:

<...>
Игорь слышит Ярославнин голос...
Там, в земле незнаемой, поу́тру
Ра́ным-рано ласточкой щебечет:
«По Дунаю ласточкой помчусь я,
Омочу бебрян рукав в Каяле,
Оботру кровавы раны князю
На бело́м его могучем теле!..»

Там она, в Путивле, ра́ным-рано
На стене стоит и причитает:

«Ветр-ветрило! Что ты, господине,
Что ты веешь, что на лёгких крыльях
Носишь стрелы в храбрых воев лады!
В небесах, под облаки бы веял,
По морям кораблики лелеял,
А то веешь, веешь – развеваешь
На ковыль-траву моё веселье...»

Там она, в Путивле, ра́ным-рано
На стене стоит и причитает:

«Ты ли, Днепр мой, 
Днепр ты мой Славутич!
По земле прошёл ты Половецкой,
Пробивал ты каменные горы!
Ты ладьи лелеял Святослава, 
До земли Кобяковой носил их...
Прилелей ко мне мою ты ладу,
Чтоб мне слёз не слать к нему с тобою
По сырым зоря́м на сине море!..»

Рано-рано уж она в Путивле
На стене стоит и причитает:

«Светлое, тресветлое ты Солнце,
Ах, для всех красно, тепло ты, Солнце!
Что ж ты, Солнце, с неба устремило
Жаркий луч на лады храбрых воев!
Жаждой их томишь в безводном поле,
Сушишь-гнёшь несмоченные луки,
Замыкаешь кожаные тулы...»
<...>

воскресенье, 12 июня 2022 г.

«ГАРМОНИИ СТИХА БОЖЕСТВЕННЫЕ ТАЙНЫ...»


В русской литературе стихи о поэте и поэзии – гораздо бо́льшее, чем просто размышления мастеров о своём высо-ком ремесле. В этих стихах – история отношения русской поэзии к государ-ству, к действительности, к миру.

Майков дебютировал в поэзии вместе с Фетом, Полонским, А.К.Толстым. Все они стремились спасти поэзию от "ди-дактизма", сохранить её право петь красоту любви, природы, искусства. Им суждено было долго нести на себе, как печать отвержения, ярлык "чистого ис-кусства", далёкого от жизни и её про-блем.

На самом деле идея бегства от дейст-вительности в некий иллюзорно-пре-красный мир, в "башню из слоновой кости" органически чужда этим поэтам. Они стремятся найти красоту в земном обыденном, увидеть идеальное и веч-ное в повседневном и преходящем.

Для Майкова источником творчества является и прогулка в осеннем лесу, и "музыка дубравы". И муза может явить-ся поэту в образе вполне земной деву-шки. А это и есть сама жизнь.

Долгая настороженность по отноше-нию к "чистым" лирикам объясняется вовсе не содержанием их творчества. Мир раскололся на два лагеря, каждый из которых стремился поставить поэ-зию на службу своим нуждам и требо-ваниям. А когда схватка двух социаль-ных лагерей достигла кульминации, в программных стихах Майкова появи-лись забытые детали высокой поэзии (алтарь, венки, поэт-жрец, жертвенный пламень). 

Но всё, что призвано защитить поэзию в трудное время, не может заслонить главного: прочной жизненной основы творчества "чистых" лириков, в лучших стихах которых отразился человек сво-ей эпохи. Причём, отразился теми сто-ронами личности, которым по разным причинам не нашлось места в поэзии Некрасова и его последователей. В кон-це концов оказалось, что оба направле-ния поэзии стали взаимодополняющи-ми.
О к т а в а
Гармонии стиха божественные тайны
Не думай разгадать 
по книгам мудрецов:
У брега сонных вод, 
один бродя, случайно,
Прислушайся душой 
к шептанью тростников,
Дубравы говору; их звук необычайный
Прочувствуй и пойми… 
В созвучии стихов
Невольно с уст твоих 
размерные октавы
Польются, звучные, 
как музыка дубравы.
1841

***
Чужой для всех,
Со всеми в мире –
Таков, поэт,
Твой жребий в мире!

Ты – на горе,
Они – в долине;
Но – бог и свет
В твоей пустыне.

Их дух привык
Ко тьме и ночи,
И голый свет
Им режет очи, –

Но ведь и им,
На самом пире,
Им нужно знать,
Что есть он в мире,

Что где-нибудь
Ещё он светит,
Что воззовёшь –
И он ответит!
1872

***
Мысль поэтическая –нет! –
В душе мелькнув, не угасает!
Ждёт вдохновенья много лет
И, вспыхнув вдруг, как бы в ответ
Призыву свыше – воскресает...
 
Дать надо времени протечь,
Нужна, быть может, в сердце рана –
И не одна, – чтобы облечь
Мысль эту в образ и извлечь
Из первобытного тумана...
1887

пятница, 10 июня 2022 г.

ТЕМА ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОШЛОГО РОДИНЫ В ТВОРЧЕСТВЕ А.МАЙКОВА

Г.К. Михайлов. Портрет поэта Аполлона Майкова

У всех русских поэтов, и Аполлон Май-ков не исключение, самым заветным, самым сокровенным и бережно храни-мым чувством было чувство родины. Оно составляло существо поэта и определило главную гражданскую ноту всей русской поэзии.

Размышлениями о прошлом, настоя-щем и будущем России проникнуто всё литературное творчество А.Н.Майкова. 
Майков любил Россию, русскую исто-рию, передавал в своих стихах русский дух, писал на исторические темы. В его произведениях есть своеобразная фи-лософия истории, которую он сам одна-жды сформулировал:

«События веков я старался вообразить себе по аналогии с тем, что прожил и наблюдал на своём веку, а переживае-мая нами историческая полоса так бо-гата подъёмами и падениями челове-ческого духа, что внимательному взору представляет богатый материал для сравнения с далёкими минувшими эпо-хами».

М. : Дет. лит., 1986. – (Поэтич. б-чка школьника)

Взаимосвязи разных времён устанав-ливаются в стихотворении «В Городце в 1263 году», в котором перед смертью Александру Невскому открывается ви-дение будущего России — возникнове-ние Петербурга, основание Александро-Невской Лавры. Преемственная связь устанавливается между двумя государ-ственными мужами — князем Алексан-дром Невским и Петром I:

А.Майков. В Городце в 1263 году

Ночь на дворе и мороз.
Месяц-два радужных 
светлых венца вкруг него.
По небу словно идёт торжество;
В келье ж игуменской 
зрелище скорби и слёз.

Тихо лампада 
пред образом Спаса горит;
Тихо игумен 
пред ним на молитве стоит;
Тихо бояре стоят по углам;
Тих и недвижим лежит, 
головой к образам,
Князь Александр, 
чёрной схимой покрыт –
Страшного часа все ждут; 
нет надежды, уж нет!
Слышится в келье порой 
лишь болящего бред...

Тихо лампада 
пред образом Спаса горит...
Князь неподвижно во тьму, 
в беспредельность глядит...
Тьма, что завеса, 
раздвинулась вдруг перед ним...
Видит он: 
облитый словно лучом золотым,
Берег Невы, где разил он врага...
Вдруг возникает там город... 
Народом кишат берега...

Флагами веют 
цветными кругом корабли...
Гром раздаётся; 
корабль показался вдали...
Правит им кормчий 
с открытым высоким челом...
Кормчего все называют царём...
Гроб с корабля поднимают, 
ко храму несут,
Звон раздаётся, 
священные гимны поют...
Крышу открыли... 
Царь что-то толпе говорит...
Вот перед гробом 
земные поклоны творит...
Следом – все люди идут 
приложиться к мощам...
В гробе ж, – князь видит, –
он сам....

Тихо лампада
пред образом Спаса горит...
Князь неподвижно лежит...
Словно как свет
над его просиял головой –
Чудной лицо озарилось красой,
Тихо игумен к нему подошёл 
и дрожащей рукой
Сердце ощупал его и чело –
И, зарыдав, возгласил: 
«Наше солнце зашло!»
1875

четверг, 9 июня 2022 г.

АПОЛЛОН МАЙКОВ. ОЧЕРКИ РИМА

Аполлон Майков в молодости

В 1842 году 21-летний Майков отправи-лся в путешествие за границу, где про-жил около двух лет, главным образом в Италии. Новые впечатления вдохнови-ли его на новое художественное твор-чество. Стихотворный цикл "Очерки Рима" стал результатом поэтических исканий Майкова тех лет. 

В этом цикле автор значительно расши-рил круг тем. Вторглась в стихи поэта  история и зазвучали социальные моти-вы. В стихах слышно сочувствие осво-бодительному движению Италии.

Древний Рим

«В Риме я хотел видеть две вещи -- раз-валины древнего мира, покрытые плю-щом и диким злаком, и развалины ка-толицизма, облечённого во всю рос-кошь прежнего его величия, обратив-шегося ныне в одни внешние формы. Я искал и нашёл обе эти развалины, каж-дые носящие печать своего особенно-го, оригинального величия».

Тема "двух Римов", современного и древнего, -- одна из основных в цикле Майкова. Другой мотив: Россия и Ита-лия, Россия и Рим. Поэт не раз подчёр-кивает, что он пришелец из далёкой страны и воспринимает новые впечат-ления как сын этой страны. 

Цикл был опубликован в 1847 году в «Отечественных записках» и сначала включал в себя 27 стихотворений.
Белинский, который ранее с восхище-нием откликнулся на первую книгу стихов А.Майкова, сборник «Очерки Рима» оценил следующим образом:

«В "Очерках Рима" можно много ука-зать превосходных стихов, но немного стихотворений, в которых всё было бы выдержано, всё одно другому соответ-ствовало бы, которые своею целостью, полнотою и замкнутостью производили бы на читателя впечатление простое, единичное, не сложное, ясное, но пол-ное, сильное и глубокое... Яркие вспыш-ки истинного творчества видятся более в частностях и подробностях, чем в це-лом. Может быть, оттого читать их под-ряд тяжело, несмотря на всё удоволь-ствие, которое доставляют они местами».
М.: Сов. Россия, 1980.

Д р е в н и й   Р и м
Я видел древний Рим: 
в развалине печальной
И храмы, и дворцы, поросшие травой,
И плиты гладкие старинной мостовой,
И колесниц следы 
под аркой триумфальной,
И в лунном сумраке, 
с гирляндою аркад,
Полуразбитые громады Колизея…

Здесь, посреди сих стен, 
где плющ растёт, чернея,
На прахе Форума, где у телег стоят
Привязанные вкруг 
коринфской капители
Рогатые волы, — в смущеньи я читал
Всю летопись твою, 
о Рим, от колыбели,
И дух мой 
в сладостном восторге трепетал.

Как пастырь 
посреди пустыни одинокой
Находит на скале 
гиганта след глубокой,
В благоговении глядит, и, полн тревог,
Он мыслит: 
здесь прошёл не человек, а бог, 
Сыны печальные 
бесцветных поколений,
Мы, сердцем мёртвые, 
мы, нищие душой,

Считаем баснею 
мы век громадный твой
И школьных риторов 
созданием твой гений!..
Иные люди здесь, нам кажется, прошли
И врезали свой след 
нетленный на земли —
Великие в бедах, и в битве, и в сенате,
Великие в добре. Великие в разврате!

Ты пал, но пал, как жил… 
В падении своём 
Ты тот же, как тогда, 
когда, храня свободу,
Под знаменем её ты бросил кров и дом,
И кланялся сенат строптивому народу…
1843

***
На дальнем Севере моём
Я этот вечер не забуду.
Смотрели молча мы вдвоём
На ветви ив, прилёгших к пруду;

Вдали синел лавровый лес
И олеандр блестел цветами;
Густого мирта был над нами
Непроницаемый навес;

Синели горные вершины;
Тумана в золотой пыли
Как будто плавали вдали
И акведуки, и руины…

При этом солнце огневом,
При шуме водного паденья,
Ты мне сказала в упоенье:
«Здесь можно умереть вдвоём…»
1844